Моя библиотека фантастики. Часть 30. Сборник научной фантастики. Выпуск 21
Сборник научной фантастики. Выпуск 21. Составитель: Вл. Гаков. М.: Знание, 1979 г. Тираж: 100 000 экз. Произведения на биологические темы.
Иллюстрация на обложке и внутренние иллюстрации М. Дорохова.
Содержание:
Вл. Гаков. «Будем же чуточку умнее...» (об авторах и темах сборника), стр. 3-7. Сейчас слова "экологическая фантастика" вызывают, как правило, одну реакцию: "А, опять.. всякие там ужасы загрязнения, лозунги в защиту животных". Описание экологических кошмаров в наши дни настолько приелось, что даже сами литературные старатели, десятилетие беззастенчиво эксплуатировавшие тему, почувствовали, что жила начинает истощаться, и спешно перебазировались на другие участки.
Но если во времена Жан Жака Руссо еще можно было искренне верить в патриархальный рай на лоне природы, то в конце XX века раздувать и поддерживать подобные настроения - значит цинично спекулировать на страже и неуверенности людей перед наступающим будущим. Проблема ведь не в том, что человек использует природу, кормится от щедрот ее. Проблема в том, что не хотят задуматься, а кидаются из крайности в крайность.
Если углубиться в историю, то в дореволюционной русской фантастике можно найти немало примеров классического "романа о катастрофе". Так, вышедший в 1910 году роман С. Бельского "Под кометой" по безысходности и фатализму мало в чем уступит английским образцам. Но уже в финале неоконченного произведения Валерия Брюсова "Земля" (1914) засветил все же луч надежды - и через три года надежда эта будет подкреплена.
Во время пребывания у Горького на Капри Ленин предложил известному социал-демократу, врачу и писателю-фантасту Александру Богданову: "Вы бы написали для рабочих роман на тему о том, как хищники капитализма ограбили землю, растратив всю нефть, все железо, дерево, весь уголь. Это была бы очень полезная книга…"
Библиографический труд Бориса Ляпунова "В мире фантастики" (вторым изданием он вышел в 1975 году) содержит подробное описание какой угодно разновидности отечественной фантастики - географической, социальной, психологической, приключенческой, юмористической, сказочной, фантастики о космосе, о "мыслящих машинах"… Экологической - нет.
А ведь такие произведения написаны. Рассказы, повести и даже отдельные романы. Рассказы-предупреждения? Пожалуйста: о недалеком времени, когда чистая байкальская вода будет цениться превыше золота ("Таможенный досмотр" И. Росоховатского), и о более отдаленном будущем, когда все возбудители болезней надежно "упрятаны" в специальные хранилища, но нет-нет да вырываются на волю ("Суд над "Танталусом" В. Сапарина). О мире, в котором человек нашел взаимопонимание с братьями своими меньшими, соседями по планете (рассказы "Двое" С. Гансовского, "Город и Волк" и "Бремя человеческое" Д. Биленкина, повесть А. Громовой "Мы одной крови - ты и я", наконец, масса произведений о контакте человека с дельфинами). В будущем, вероятно, появится и Комитет Восстановления Окружающей Среды (повесть А. Шалимова "Мусорщики планеты"), а цикл рассказов С. Другаля знакомит нас с забавным и симпатичным народом - сотрудниками института Реставрации Природы…
Часто действие вынесено в космос, авторам хочется верить, что земной опыт пойдет на пользу будущим космическим путешественникам. И горе тем, кто отправится в инопланетные "джунгли", не поборов в себе атавистического инстинкта сначала стрелять, а потом думать ("Встреча" братьев Стругацких, "Охотничья экспедиция" М. Пухова, "Охота по лицензии" Б. Руденко); даже простая неосторожность может вызвать всепланетный катаклизм ("Так начинаются наводнения" К. Булычева). Страшный же рассказ О. Ларионовой "Где королевская охота" кончается сценой-символом: убивая чужую жизнь, ты прежде всего убиваешь себя… И все-таки человечеству, стоящему на своем звездном пороге, хватит разума и чувства ответственности, чтобы удержаться от немедленного и необдуманного вмешательства в чужое природное равновесие - разве только помочь иной жизни, находящейся на краю гибели ("Спасти декабра!" С. Гансовского).
Но и когда наши потомки расселятся по всей Галактике, Землю не забудут. Заповедник, планета-парк, куда будущие "люди как боги" пустят поиграть своих детей, где сами обретут отдых и новое вдохновение. Зелено-голубой символ цивилизации, которой не нужно демонстрировать свою мощь ревом и лязгом механизмов, "победоносно" искореняющих природу. Такой планетой-мечтой изобразил Землю В. Михайлов в повести "Исток"…
И все-таки самое интересное в нашей воображаемой антологии - это рассказы парадоксальные, ставящие с ног на голову то, что казалось кристально ясным. Спасать животных, но как - отдельные особи или весь вид в целом? А если второе достижимо только путем отказа от первого? Об этом размышляет Д. Биленкин в рассказе, иронично названном "И все такое прочее…".
Да и не обязательно разуму строить цивилизацию за счет окружающей природы. В советской фантастике интересные примеры чисто "биологической" цивилизации даны в рассказе Стругацких "Благоустроенная планета" и повести А. Мирера "У меня девять жизней". П. Амнуэль в рассказе "Иду по трассе" ставит вопрос по-иному: надо ли перестраивать инопланетную биосферу, чтобы сделать ее пригодной для существования человека, - не проще ли перестроить сам человеческий организм? И вот люди будущего научились управлять собственным генотипом, сделали его максимально гибким, так что теперь не составляет труда быстро подстроиться под любое изменение внешней среды. "Гомо космикус" живет во Вселенной, как дома, но остается человеком. Проекты, проекты… Перебирая варианты решения экологической проблемы, советская фантастика отвергает лишь один: что никакой проблемы нет и в будущем все как-то образуется "само собой". Само не образуется, и от обязанности думать и принимать решения никто человека не освободит. И потому завершает нашу "антологию" рассказ В. Рыбакова "Великая сушь", в котором эта мысль проводится наиболее ярко и остро.
…Трагических ошибок, убежден автор, не избежать и всесильным потомкам. И чем дерзновеннее будут человеческие замыслы (в рассказе как раз и говорится об одном таком: подтолкнуть эволюцию, дать ей животворный начальный импульс, помочь самозарождению жизни в инопланетном праокеане!), тем серьезнее последствия возможных ошибок. С самыми благими намерениями земная цивилизация стремится помочь чужой - еще не рожденной - жизни. И в своем неведении губит ее. Для автора рассказа это проблема не научная, а нравственная: герои держат ответ перед судом собственной совести, без конца задавая себе один и тот же вопрос. Если не вмешательство и не безразличие - то что же?
Будем же чуточку умнее, говорит один из персонажей Будем учиться на опыте. И двигаться вперед, памятуя об ошибках, а не оправдывать их и не замалчивать. Двигаться вперед необходимо, вот в чем дело. Но - будем же умнее.
Ольга Ларионова (род. 16 марта 1935 г.) Где королевская охота (повесть), стр. 8-36. На курортной планете Поллиола с богатейшей фауной и полным отсутствием хищников, существует жесткое, многократно повторяемое правило: «Не охоться!» Почему же запрещена охота в этом месте, словно созданном для королевской охоты? Узнать об этом предстоит приехавшему отдохнуть от работы на неустоявшейся, пузырящейся, взрывающейся планете Капелле, Генриху Кальвадорскому, узнать и вновь повторить для тех, кто придет позже: «Не охоться!»
Кир Булычёв. Закон для дракона (повесть), стр. 37-76. На очень симпатичной планете земных ученых упорно пытаются съесть несимпатичные драконы и не менее несимпатичные комары. А ведь первую экспедицию никто не трогал. Бравый доктор Павлыш найдет отгадку, и все останутся довольны, даже драконы.
Павел Амнуэль (род. 20 февраля 1944 г.) Иду по трассе (рассказ), стр. 76-100. Они — вариаторы, люди, способные самым невероятным образом видоизменять себя, становясь «жителями» любой планеты. И при этом они остаются людьми. Трое вариаторов пытаются спасти экипаж космического корабля, попавший в беду на Венере...
Георгий Гуревич (1917-1998). Джеклоны (рассказ), стр. 101-115. Создано в целях эксперимента 10 клонов (клеточных копий) Джека Лондона. Прослеживаются судьбы этих генетически идентичных с писателем личностей. Однако, никто из них не стал крупным писателем, ибо среда сильнее генетической предрасположенности.
Андрей Балабуха (1947-2021). Двое (рассказ), стр. 115-119.Оператор рудника на планете Шейла для отдыха переносится с помощью гипнофора на Землю, на «праздник падающих листьев» в Болдино, а земной литератор таким же образом — на Шейлу.
Дмитрий Биленкин (1933-1987). И все такое прочее (рассказ), стр. 119-128. Историк Таволгин собрался на рыбалку на реку Руна и встретил там своего друга детства, Родиона Шадрина. Шадрин к этому времени стал радиофизиком, а на реку он приехал ставить научный опыт в области биологии по регуляции видов.
Слово - молодым
Феликс Суркис (Дымов, 1937-2016). Расскажи мне про Стешиху, папа... (рассказ), стр. 129-136. Охотники, под вечер отправившиеся в лес на машине, случайно сбивают сову. Остановившись, сокрушённо рассматривают погибшую птицу, как вдруг замечают, что та жива, и вообще, это уже не птица, а девушка.
Эрнест Маринин (род. 18 сентября 1939 г.) Узник (рассказ), стр. 136-162. В результате крушения корабля космонавт Олег Блинов попадает на странную жёлтую планету, которая материализует его сны и желания. Всё теперь во власти землянина — населить необитаемую планету диковинными животными, построить дом и вырастить родные сердцу берёзки вдоль ручья. И даже любимая женщина, приснившаяся ночью, утром оказывается рядом. Но отчего же он постоянно ощущает себя узником этой планеты и постоянно смотрит в небо, туда, где должна быть Земля?
Галина Усова (1931-2020). Вода (рассказ), стр. 162-167. Странная болезнь поражает детей: они хотят пить, но выплёвывают воду, которой их пытаются напоить. Не помогают и внутривенные вливания жидкости. Все эти дети — внуки первых строителей химкомбината. Наконец деду маленького больного Антошки приходит в голову мысль...
Сергей Другаль (1927-2011). Экзамен (рассказ), стр. 167-181. Институт Реставрации Природы расширяет свою деятельность и организует детские учреждения, ответственные за экологическое воспитание молодых граждан планеты Земля. Лучшие люди сдают экзамен на право быть воспитателем в этих учреждениях — космонавты, учёные, маги...
Вячеслав Рыбаков (род. 19 января 1954 г.) Великая сушь (рассказ), стр. 181-196. «Тридцать лет выбиваясь из сил губить то о чем мечтали спокон веков...» Люди искали разумную жизнь во Вселенной и не могли найти. Они осознали свою уникальность и неповторимость. И вот судьба преподносит им подарок — планета Сола, на которой зарождается жизнь.
Зарубежная фантастика
Джеймс Грэм Баллард (1930-2009). Конец (рассказ, перевод Р. Рыбкина), стр. 197-209. Жизнь на Земле практически уничтожена. От Атлантического Океана осталось озеро, от тропосферы — слой воздуха в милю толщиной. Холлидею предстоит решить, покинуть ли Землю с последней космической платформой или остаться...
Герберт Франке (14 мая 1927 г. - 16 июля 2022 г.) Анклавы (рассказ, перевод А. Фёдорова), стр. 209-214. 700 лет назад человечество одновременно решило (как ему казалось) две проблемы: перенаселения и утилизации вредных отходов. На Земле были созданы специальные анклавы, отгороженные от остального мира, куда сбрасывались всякого рода отбросы и выселялись люди — «пена человечества»... Мрачные прогнозы специалистов не сбылись: люди в анклавах не вымерли, они приспособились к ужасным условиям обитания, были здоровы и процветали.
Рэй Брэдбери. Час Привидений (рассказ, перевод Р. Рыбкина), стр. 215-217. По желанию хозяев с помощью современных технических средств в доме появляются привидения-голограммы. Автор, показывая голограммы героев и авторов книг, хотел показать то, какое место в нашей жизни занимают книги. То как неохотно мы расстаемся с любимыми героями и с удивлением обнаруживаем, что есть книги не менее интересные прочтенных, хотя они и другого жанра.
Экологическая катастрофа: фантазии и реальность
Вл. Гаков. «Феномен Крайтона», или как фантасты прозевали проблему (статья), стр. 218-239. Перед нами тринадцать научно-фантастических романов английских и американских авторов.
1964. Пленка, образованная в воздухе в результате выделения отходов, препятствует испарению. Планета превратилась в выжженную пустыню (Джеймс Баллард, "Сожженный мир")…
1965. В недрах городской канализационной системы скопились огромные запасы самых различных минеральных веществ, содержащих энергию, достаточную для проведения любых химических реакций, - мыльной пены и детергентов, лекарств, красителей, чернил, косметических средств, отбеливающих веществ, резины, катализаторов и ферментов. В таком химическом "винегрете" случайно зародилась жизнь - чужая, несущая смерть всему живому на Земле (Теодор Томас и Кейт Вильхельм, "Клон")…
1966. Нью-Йорк 1999 года - не город, а смердящий, разлагающийся труп. Не осталось ни листика, ни капли неучтенной воды, и случайно пойманная крыса - редкий деликатес к праздничному столу (Гарри Гаррисон, "Подвиньтесь! Подвиньтесь!")…
1967. Еще один смертный приговор океану. Химические отходы уничтожили аквасферу - к описываемым временам последний источник пропитания для перенаселенной Земли. Но если в фильме "Зеленый Сойлент" люди превращаются в каннибалов неосознанно и даже не подозревают об этом, то теперь альтернатива - голодная смерть (Ирвинг Гринфилд, "Воды смерти")…
1968. Мало суши, мало океана? Тогда на очереди горные породы! Разлом Сан-Андреас на западном побережье США, о котором пишут газеты уже сегодня, разошелся, и часть Калифорнии погрузилась в океан. В отличие от ситуации, описанной Саке Комацу, ответственность за трагедию несут и власти штата, покрывавшие беспрепятственное уничтожение калифорнийской природы (Пол Джентри, "Последние дни великого штата Калифорния")…
1969. Напряжение нарастает, как нарастает и опасность, и, наконец, достигает своего пика. В год появления американского законопроекта об охране окружающей среды выходит роман Крайтона "Штамм "Андромеда".
1970. Атмосфера планеты загублена вконец, и даже первичное, рождением дарованное человеку право - право дышать, - жестко регламентировано (Йэн Картридж, "Чехол для Земли")… 1971. Засорение океанских вод и атмосферы отходами вызывает кипение океана (Джордж Бамбер, "Море кипит")…
1972. Появились симптомы того, что ажиотаж начинает спадать: все меньше оригинальных произведений, зато участились повторы. Вот и вышедший только что роман "Мутант-59" Педлера и Дэвиса, и новая книга старейшины американской фантастики Клиффорда Саймака "Выбор богов" (расселившееся по всей Галактике человечество заново переоткрывает Землю - с тем, чтобы заново же объявить на ней беспощадную войну природе!) - все это было, было… И тут английский фантаст Джон Браннер решает "закрыть" тему, собрав воедино в романе "Взирают агнцы горе" все возможные экологические несчастья. Если вовремя не остановиться, утверждает Браннер, Америке хватит года, чтобы из состояния относительно радужного, как оно видится иным оптимистам, прийти к агонии. До предела убедительно и даже бесстрастно (так, вероятно, реагирует хирург на кровь из-под скальпеля) писатель создает летопись экологического конца света. Агония длится всего год, но сказать, что смерть быстрая и легкая, язык не поворачивается. После таких картин адские видения Иеронима Босха кажутся шаловливыми пасторалями… В финале засоренная, загаженная Америка умирает, а ветры гонят ядовитое облако через океан, в Европу.
1973. В середине 80-х годов XX века, несмотря на перевод всего транспорта на пар и электричество, воздух не очистился: небо над Чикаго желто-серого цвета, а в Лос-Анджелесе Луну можно увидеть только на экранах телевизоров. Новое устройство "фрэш-эр" будет очищать воздух внутри помещений, что до остального мира за пределами собственного дома-крепости, так пусть катится в тартарары (Дин Маклафлин, "Кто кличет грозу")…
1974. Безответственные генетические эксперименты в Южной Америке вызвали к жизни новый устойчивый вид пчел-убийц. Объединенные в идеально организованные и практически неуязвимые штурмовые колонны-рои пчелы атакуют Нью-Йорк. Кошмарные фантазии? Но роман открывается реальными газетными заголовками наших дней, кричащими о подобной опасности (Артур Херцог, "Рой"22)…
1975. В "желтом тумане" сходят с ума и гибнут тысячи англичан, наших современников. И это не козни пришельца и не потусторонняя мистика, это даже и не фантазия - ведь не являются же плодом нашего воображения те бетонные контейнеры с нервно-паралитическим газом, что были опущены на океанское дно в 1970! Так многих ли усилий стоит вообразить, что произойдет, окажись какой-то контейнер с течью (Джозеф Херберт, "Туман")…
1976. Роман Челси Ярбро "Время Четвертого всадника". Имеются в виду всадники Апокалипсиса: дьявольский план медиков - контролировать рост населения путем прививки новорожденным смертельно опасных инфекций - выходит из-под контроля…
Завершает наши тринадцать кругов экологического ада роман новичка - "Эффект святого Франциска" (1976) Зэка Хьюза. Производя добычу руды в океане, американская компания вытягивает драгой на белый свет очередного невидимого убийцу - вирус, столетия пролежавший на дне законсервированным. Итак, вторгаясь в природное равновесие, всегда ждите неожиданного, отмечает автор. И тут же задает вопрос: не отказываться же от каких бы то ни было исследований вообще? А коли так, то неусыпный контроль за ними должны осуществлять ученые, и не одной страны, а представляющие все человечество. В романе Хьюза опасность стала по-настоящему смертельной, когда политики, военные, промышленники не допустили на зараженный остров международную комиссию врачей.
Игорь Бестужев-Лада. Как люди вовремя разглядели опасность (статья), стр. 240-250. На протяжении всей истории человечества, вплоть до самых последних лет, люди большей честью относились к породившей их матери — земной природе как неразумный ребенок к злой мачехе. Они боялись ее, униженно молили ее о милости, а где могли — торжествовали над ней свои маленькие победы. Справедливости ради надо сказать, что и природа далеко не всегда баловала людей своими поблажками. Нередко она беспощадно стирала с лица земли целые села и города, целые племена и народы. С другой стороны, можно перечислить примеры любовного, даже самоотверженного отношения человека к земной флоре и фауне. Но все это были исключения, подтверждавшие правило. А правилом были страх вражда.
Это только для нас сейчас лес — отрада души, “легкие”, которыми дышит планета, бесценное “зеленое золото” мира. Только для нас степь — дивное раздолье с пахучими травами чуть ли не в рост человека, с “черным золотом” плодороднейшей почвы. Только для нас болото — экзотический уголок на туристском маршруте, кладовая торфа, регулятор водного режима для зелени целой округи. Только для нас реки, озера и моря — прелесть отдыха на воде сложнейшая “фабрика-кухня” мировых масштабов, где тот или иной “кухонный комбайн” легко вывести из строя при варварском обращении, а также “котлы” и “трубы” системы “центрального отопления” земного шара, от которой полностью зависит земной климат жизнь и смерть всего живого на Земле. Только для нас заяц и лиса, медведь и тигр, волк и олень, змея и крокодил, утка и орел — исчезающие на глазах чудеса природы, важные достопримечательности планеты Земля, “санитары леса”, предметы дивной роскоши, если относиться к ним разумно. И так далее. Иными словами, только для нас земная флора и фауна, вся земная природа — бесценное материальное и духовное благо само по себе.
В глазах подавляющего большинства людей минувших веков все это выглядело совершенно иначе.
Конечно, лес — кормилец и крепость, в которой можно спрятаться от врагов. Но он и сам оплот бесчисленных врагов, грозящих гибелью. А главное — он прекрасное удобрение для почвы не целых несколько лет, если его спалить и вспахать прозоленную землю. Да и лесов было вокруг невпроглядь по всей планете, каждая отвоеванная у леса поляна — победа. Ну и само собой трофеи: избы, дрова и пр.
Конечно, степь — приволье для стад. Но если ее вспахать — получишь в несколько раз больше продовольствия. Да и сколько можно вспахать сохой? Долю процента степных просторов.
Конечно, болото — это влага и торф. Но когда кругом все болото и болото, то каждая осушенная пядь — победа. Да и много ли можно осушить лопатой? Долю процента.
Конечно, река и море — это уха и дорога. Но уха — неисчерпаемая, сколько ни черпай, дорога — не изрытая, сколько по ней ни езди. И вместе с тем очень удобная помойка: сколько ни плескай, вода все смоет и унесет. Поэтому бери из этого колодца, сколько влезет, и плюй в него, сколько плюется. Благодать? Но много ли можно было взять ручным неводом? Много ли можно было наездить под парусами и веслами? Много ли нечистот могла спустить в реку самая большая и самая зловонная кожемятная мастерская ремесленника совсем недавних времен?
Конечно, всякий зверь — живое существо. Но если он нападает на человека, режет домашний скот и птицу, представляет смертельную угрозу самому существованию людей, то чего же с ним церемониться? Да и охота на зверя — важный промысел, подспорье в не бог весть каком обильном пропитании. И сколько ни убивай на охоте — это лишь доля процента от обычного улова хищников.
Напомним, что до самой середины нашего века, т.е. всего каких-нибудь четверть века назад, городское население мира состав-пяло менее четверти всего народонаселения. Да и здесь удельный вес крупных городов, в свою очередь, был ничтожным, а в малых городах жизнь людей в бытовом отношении мало чем отличалась от сельской. Даже в крупных городах было немало домов, где хозяйство велось, как при дедах и прадедах. Крошечные островки многоэтажных зданий в крупных городах окружало безбрежное море поселений сельского типа, где господствовало веками установившееся равновесие человека и природы — своеобразный экологический баланс.
Все чаще и все сильнее этот баланс нарушался — и, разумеется, не в пользу природы. Но это было не глобальным, а локальным явлением. Где-то химический завод начинал отравлять воздух окрест, но можно было переселиться подальше. Где-то другой завод начинал спускать в реку ядовитые отходы производства, и рыба, а также купающиеся отплывали подальше. Где-то начинали один за другим подниматься терриконы отработанной породы, но вокруг оставалось много цветущей земли. Какой-нибудь галантный кавалер подносил даме букет цветов, а спустя некоторое время завядшие цветы шли на корм скоту. Несколько сот семейств какого-нибудь города устраивали для своих детишек новогодние елки, а через несколько дней елки пылали в печи как дрова. Какая-нибудь компания выезжала за город на пикник, а после ее отъезда сельские ребятишки подбирали пустые бутылки, банки, бумагу — в крестьянском хозяйстве все сгодится. Птицы, собаки доканчивали объедки — и через неделю место пикника готово было принять новых гостей. А в самой деревне кругооборот “окружающей среды” был установлен веками. Не пропадали даром даже черепки разбитого горшка.
И вот всему этому однажды пришел конец. Сразу после второй мировой войны, со второй половины XX века мировой научно-технический прогресс стал ускоряться невиданными прежде масштабами и темпами, причем все чаще это сопровождалось качественными изменениями нарастающих масштабов. Началась научно-техническая революция наших дней с далеко идущими социально-экономическими последствиями.
Меридианы фантастики
Вл. Гаков. Хроника событий в мире научной фантастики. Июль — декабрь 1978 г. (заметки), стр. 251-254.
В СОВЕТСКОМ СОЮЗЕ
25–28 сентября в Свердловске состоялось региональное совещание, проведенное совместно Советом по приключенческой и научно-фантастической литературе Союза писателей СССР и Комиссией по приключенческой и научно-фантастической литературе Союза писателей РСФСР. Среди участников совещания были известные писатели-фантасты — С.Абрамов, Д. Биленкин и З.Юрьев из Москвы, В.Колупаев (Томск), С.Снегов (Калининград); молодые фантасты — А.Балабуха (Ленинград), М.Клименко (Челябинск), Г.Прашкевич (Новосибирск), Р.Сагабалян (Ереван) и другие; писатели-фантасты из Свердловска — И.Давыдов, С.Другаль, В.Крапивин, А.Малахов, М.Немченко, С.Слепынин. Кроме того, с докладами выступили критики и литературоведы (Е.Брандис), представители центральных и периферийных издательств, Всесоюзного агентства по авторским правам (ВААП), работники аппаратов Союза писателей СССР и РСФСР.
Участники совещания выступали на Белоярской АЭС и в цехах Первоуральского новотрубного завода, в библиотеках, институтах и на предприятиях Свердловска. На совещании обсуждался широкий круг вопросов, среди которых особое внимание было уделено дальнейшему развитию научно-фантастической литературы на Урале и а Сибири. Была одобрена инициатива трех уральских издательств - в Свердловске, Челябинске и Перми — по организации выпуска регулярного сборника фантастики и приключений, в котором будут публиковаться авторы Уральско-Сибирского региона.
С единодушием был отмечен большой вклад редакции журнала “Уральский следопыт” (главный редактор Ст.Мешавкин, заведующий отделом Л.Румянцев, редактор раздела “Мой друг — фантастика” В.Бугров) в дело развития отечественной научно-фантастической литературы.
15–17 ноября в Николаеве состоялась 2-я Всесоюзная научно-теоретическая конференция на тему “Проблема художественного изображения социалистического образа жизни в советской многонациональной литературе” (организована совместно Институтом мировой литературы им. А.М.Горького, Всесоюзным общество “Знание” и Николаевским государственным педагогическим институтом им. В.Г.Белинского). В рамках конференции работала отдельная секция “Своеобразие раскрытия настоящего и будущего в современных научно-фантастических произведениях советской многонациональной литературы” (руководители — Г.Федосеев и Н.Черная). В работе секции принимали участие писатели Г.Гуревич (Москва) и А.Балабуха (Ленинград), критики и литературоведы Е.Брандис и А.Бритиков (Ленинград), И.Бацула (Полтава), Е.Гранова (Николаев), Т.Сулейменов (Алма-Ата) и другие.
С 30 ноября по 3 декабря в Ленинграде проходила конференция молодых литераторов Северо-Западного региона. В рамках конференции работал семинар научно-художественной и научно-фантастической литературы (руководители Е.Брандис, А.Бритиков Ж.Браун, Б.Стругацкий, Н.Томилин, А.Шалимов), Были рассмотрены произведения 11 молодых авторов из Ленинграда, Петрозаводска, Пскова, Риги и Вильнюса; лучшие работы рекомендованы к печати.
21 ноября исполнилось 75 лет старейшему советскому писателю Лазарю Иосифовичу Лагину — автору “Старика Хоттабыча”, романа “Голубой человек” и остросоциальных фантастических памфлетов “Майор Велл Эндъю”, “Патент “АВ””, “Остров Разочарования”, “Трагический астероид”.
15 декабря исполнилось 60 лет Северу Феликсовичу Гансовскому, известному советскому писателю-фантасту, автору сборников научно-фантастических повестей и рассказов — “Шаги в неизвестное”, “Шесть гениев”, “Три шага к опасности”, “Идет человек”.
ЗА РУБЕЖОМ
Англия
10 июля исполнилось 75 лет со дня рождения классика английской научной фантастики Джона Уиндэма (1903–1969). Уиндэм был достойным наследником уэллсовской социально-критической фантастики, его произведения отличали литературный вкус, теплота и человечность. Лучшие романы писателя — “День триффидов” (переведен в СССР), “Кракен пробуждается”, “Куколки”, “Кукушки Мидвича” — по праву заняли свое место в “золотом фонде” мировой научной фантастики XX века.
Италия
8–15 июля в Триесте состоялся 16-й Международный фестиваль научно-фантастического кино, в котором принимают участие и кинематографисты социалистических стран. На одном из предыдущих фестивалей советская лента “Отроки во Вселенной” была удостоена специального приза. На нынешнем фестивале по классу короткометражного фильма премии удостоена работа польских кинематографистов.
В октябре в Палермо состоялась встреча специалистов-литературоведов, работающих в области НФ. Советский Союз на встрече представлял доктор филологических наук, профессор Ю. Кагарлицкий.
Польша
8–12 ноября в Варшаве, в рамках Всепольского съезда клубов любителей фантастики (КЛФ), состоялся международный семинар “Орбита дружбы”, в котором приняли участие писатели-фантасты и представители КЛФ из Болгарии, Венгрии, ГДР, Польши, Румынии, Чехословакии, Канады и Швеции (всего около 200 человек). Гостями семинара были известные фантасты Е.Парнов, К.Булычев и А.Шалимов (СССР), К.Борунь и К.Фиалковский (Польша), Й.Несвадба (Чехословакия), С.Люндвалл (Швеция) и другие. Было принято решение создать Информационный центр НФ социалистических стран.
США
8 сентябре начались съемки нового телевизионного трехсерийного фильма по “Марсианским хроникам” Рэя Брэдбери. Снимает фильм режиссер Майкл Андерсон (его предыдущий фильм, также научно-фантастический, “Бегство Логана” демонстрировался на Московском кинофестивале а 1977 г.). Сценарий написан известным писателем-фантастом Ричардом Мэйтсоном, а комбинированные съемки будет делать Джон Стирз, прославившийся своей работой в нашумевшем фильме “Звездные войны”,
Клиффорд Саймак, творчество которого хорошо известно в СССР, несмотря на преклонный возраст (писатель родился а 1904 г.), продолжает активно работать в НФ. Один из последних его романов — “Звездное наследство” (1977) осенью 1978 г. награжден Специальным призом “Юпитер”, присуждаемым ежегодно Ассоциацией преподавателей НФ в университетах и колледжах США Канады.
18 декабря исполнилось 65 лет Альфреду Бестеру. Творчество его также хорошо известно в СССР (роман “Человек без лица”, рассказы “Звездочка светлая, звездочка ранняя”, “Человек, который убил Магомета” и др.). Произведения Бестера отличают “пиротехничность” стиля, динамичный сюжет, искрометный юмор.
“Героем” 1978 г. стал известный американский фантаст Фредерик Пол (советский читатель знает его по роману “Операция “Венера”, написанному в соавторстве с С.М. Корнблатом, и рассказам “Туннель под миром” и др.). В 1977 г. его роман “Человек-плюс” (о посылке в недалеком будущем американского астронавта-киборга на Марс) получил премию “Небьюла” (присуждаемую писателями-профессионалами).
В конце августа 1978 г. на ежегодной (36-й по счету) Всемирной конвенции НФ (г. Феникс, Аризона) другой роман Пола, “Врата” (о гигантской покинутой орбитальной станции, оставленной в Солнечной системе неведомой цивилизацией и позволяющей земным исследователям совершать “экскурсии” в иные миры), получил высшую премию “Хьюго”, присуждаемую любителями фантастики. “Врата” признан лучшим романом 1977 г. и по результатам представительного опроса, проведенного в августе специализированной “ИФ газетой” “Локус”.
ФРГ
24-26 ноября в Геттингене прошло совещание по проблемам НФ, организованное Писательским союзом ФРГ. На совещании присутствовали известные писатели Герберт Франке и Вольфганг Йешке, редакторы западногерманских специализированных научно-фантастических журналов (“Времена НФ” и “2001”), австрийский критик и активный пропагандист НФ Франц Роттенштайнер и другие.