Дневник 1968 года. 25 сентября. Запах миндаля
Вчера ждал-ждал бабушку с фотобумагой, но, так и не дождавшись, начал печатать. Сначала у меня было здорово приподнятое настроение, которое бывает у меня не так уж часто. Но постепенно , убедившись, что получаются не шедевры, успокоился и даже малость погрустнел: когда ещё представится такой удобный случай для съёмок, что в колхозе. Утром высушил и отглянцевал отпечатки.
А с 9 до 9.30 у меня были жаркие полчаса: по радиосети записывал концерт, а по радиоле слушал передачу "Опять 25". В половине десятого сорвался в кино, успел не только купить билет, но ещё и "Неделю". Смотрел болгарский фильм "Запах миндаля". Фильм понравился. Минут за 20 до конца, в кульминационный момент, меня тукнуло в голову - запах миндаля - цианистый калий. И не преминул произнести это вслух. И минуту спустя услышал, как по рядам зашелестела эта фраза. Зараза! (Хвастун!).
После кино пошёл в Дворец пионеров и школьников. Около дворца не было машины Ефима Григорьевич, и я уже хотел пройти мимо. Но вдруг заметил, что створки окон в химлаборатории открыты. Я зашёл. И не ошибся - Ефим Григорьевич что-то делал в своей мастерской. С полчаса поговори л Ефимом Григорьевичем. Потом его позвали на планёрку, и я, проводив Ефима Григорьевича до планетария, отправился домой.
Дома почитал журнал, поел, записал по радио 2-3 песни. Кстати, утром я записал долгожданную "Песню о друге" Ю. Визбора. В пять часов с тремя письмами в разные стороны света: север, юг, запад - пошёл на трамвайную остановку. Трамвай увидел издалека и решил рвануть - успел. Затем автобус - и вот дом Вовки Матвеева. Родители дома, а Вовка на занятиях. Зашёл к Кольке Янцеву, дом закрыт, но Колька, к счастью, только что пришёл. Часа 1,5 болтали о том, о сём., и я поехал домой, договорившись заехать завтра.
Ключ я не взял, а дома никого не было. Но я встретил соседского Вовку, зашёл к ним домой. В квартире у них довольно "холодно, неприятно". У меня на квартире в Свердловске и то уютнее.
Показал маме фотографии. Как всегда, смотрела с безразличием. Непонятно, какие фотографии ей понравились, какие - нет. А ещё важнее - понравилось ей то, что на фотографиях изображено. (Ну и что?).
А с 9 до 9.30 у меня были жаркие полчаса: по радиосети записывал концерт, а по радиоле слушал передачу "Опять 25". В половине десятого сорвался в кино, успел не только купить билет, но ещё и "Неделю". Смотрел болгарский фильм "Запах миндаля". Фильм понравился. Минут за 20 до конца, в кульминационный момент, меня тукнуло в голову - запах миндаля - цианистый калий. И не преминул произнести это вслух. И минуту спустя услышал, как по рядам зашелестела эта фраза. Зараза! (Хвастун!).
После кино пошёл в Дворец пионеров и школьников. Около дворца не было машины Ефима Григорьевич, и я уже хотел пройти мимо. Но вдруг заметил, что створки окон в химлаборатории открыты. Я зашёл. И не ошибся - Ефим Григорьевич что-то делал в своей мастерской. С полчаса поговори л Ефимом Григорьевичем. Потом его позвали на планёрку, и я, проводив Ефима Григорьевича до планетария, отправился домой.
Дома почитал журнал, поел, записал по радио 2-3 песни. Кстати, утром я записал долгожданную "Песню о друге" Ю. Визбора. В пять часов с тремя письмами в разные стороны света: север, юг, запад - пошёл на трамвайную остановку. Трамвай увидел издалека и решил рвануть - успел. Затем автобус - и вот дом Вовки Матвеева. Родители дома, а Вовка на занятиях. Зашёл к Кольке Янцеву, дом закрыт, но Колька, к счастью, только что пришёл. Часа 1,5 болтали о том, о сём., и я поехал домой, договорившись заехать завтра.
Ключ я не взял, а дома никого не было. Но я встретил соседского Вовку, зашёл к ним домой. В квартире у них довольно "холодно, неприятно". У меня на квартире в Свердловске и то уютнее.
Показал маме фотографии. Как всегда, смотрела с безразличием. Непонятно, какие фотографии ей понравились, какие - нет. А ещё важнее - понравилось ей то, что на фотографиях изображено. (Ну и что?).