yuvlatyshev (yuvlatyshev) wrote,
yuvlatyshev
yuvlatyshev

К 100-летию Октября: 100 фотографий из семейного альбома. 1974 год

!974 год

1974 год

В начале февраля 1974 г. я прочитал в журнале "Аврора" небольшую повесть Даниила Гранина "Эта странная жизнь". В этой повести рассказывалось о биологе А.А.Любищеве, который в течение 56 лет (с 1916 г. по 1972 г.) каждый день вёл дневник, в котором фиксировал затраты времени на еду, прогулки, чтение и пр. Я тоже попытался вести такой учёт времени, но меня хватило только на 3,5 месяца. Тем не менее, после этого я стал немного более внимательно и реально планировать свои занятия. Первые два месяца ведения дневника я даже обрабатывал записанные данные. В феврале 1974 года я затратил на перемещение (различные виды транспорта) в среднем 46 минут в день, а в марте - 1 час. 25 мин. В марте мне предложили вести по совместительству лабораторные занятия по химии в институте торговли, поэтому и увеличились затраты времени на переезды. В феврале 1974 года я тратил на чтение различной литературы в среднем 2 часа. 15 мин. В среднем за эти два месяца я спал 7 час. 45 минут в день, но в феврале ещё днём в среднем задрёмывал по 11 минут, а в марте - по 5 минут в день. На еду в феврале у меня выходило по 52 минуты в день.

На основной работе в институте лакокрасочной промышленности в эти месяцы наконец-то запустили в работу атомно-абсорбционный спектрофотометр "Сатурн". Я тогда работал вместе с Мариной Красильниковой. Мы довольно быстро освоили определение калия и натрия на этом приборе. Но это было не очень интересно, так как до этого эти элементы уже определяли на старом пламенном фотометре венгерского производства. Мы приступили к разработке методов определения кальция, магния, цинка и марганца. Пробовали определять железа. Нужно было определять и другие элементы, но для их возгонки требовалась более высокая температура. Основное пламя создавалось горением ацетилена в воздухе (воздух подавался компрессором), а для более высокой температуры требовалось пламя "ацетилен-закись азота". Баллоны с закисью азота в то время достать было очень трудно. Кое-как договорились в городской больнице о выделение нам нескольких баллонов. Марина очень боялась перехода на высокотемпературное пламя. Тем более, что во время курсов повышения квалификации по атомной абсорбции в Северодонецке (там выпускали прибор "Сатурн") нас предупредили о возможных небольших взрывах этой смеси. На приборе был специальный предохранительный клапан, который срабатывал довольно громко. Но, к счастью, пока я работал с этой смесью, таких хлопков не было.

В середине марта 1974 года мы начали водить Настеньку в ясли. К сожалению, через месяц она там сильно простудилась. Врачи определили воспаление лёгких. Её положили в больницу одну. А ей только что исполнился один год. Пробыла она в больнице почти месяц. В мае я должен был ехать в санаторий, но я сдал путёвку, и в весь отпуск ездил с Настенькой в сосновый бор после того, как её выписали из больницы.

В августе 1974 года я по совету специалистов из Северодонецка договорился о командировке в Апатиты. Там , в химико-аналитической лаборатории Геологического института успешно применялся метод атомной абсорбции. И был там очень хороший сотрудник, который развивал этот метод - Орлов Николай Александрович. Добирался я до г. Апатиты через Москву. До Москвы долетел самолётом, а потом поездом - через Петрозаводск и Кандалакшу - до г. Апатиты. Помню, как во время стоянки поезда в Петрозаводске купил несколько очень хорошо изданных на отличной мелованной бумаге книг, в том числе "Пятнадцатилетний капитан" Жюль Верна. Пока поезд двигался по Карелии, вокруг были красивые леса - ели, берёзы. По мере движения к северу высота деревьев постепенно уменьшалась. Сопки вокруг г. Апатиты были покрыты низкорослыми берёзами, соснами и елями высотой примерно в 1,5-2 метра.

В это время там ещё был полярный день. Круглые сутки было светло, но как-то немного сумрачно. Встретили меня хорошо. Николай Александрович Орлов, а ему тогда было только 33 года, очень хорошо знал тонкости метода атомной абсорбции.

В химико-аналитической лаборатории был один спектрофотометр "Сатурн" северодонецкого производства и два атомно-абсорбционных спектрофотометра компании Perkin-Elmer. Один из этих приборов был оборудован графической кюветой, позволяющей производить атомизацию с помощью электрической дуги. За время этой командировки я почерпнул для своей работы очень много полезного.

Орлов мне много рассказывал об этих местах, в которые он, по-моему, был влюблён. В августе в окрестностях г. Апатиты было огромное количество грибов. Но только белые грибы и волнушки. Белые грибы собирали и оставляли на хранение в стеклянных банках, заливая грибы сверху салом. В ресторане почти все блюда были с грибами . - салаты, гарниры, грибные супы.

Обратно до Москвы я летел самолётом из Кировска, находящегося недалеко от г. Апатиты. А из Москвы - поездом до Челябинска. С Орловым мы ещё года два переписывались, пока я работал в аналитической лаборатории.

Только недавно, из Интернета я узнал, что Орлов Н.А. умер в 1994 году, ему было всего 53 года.
Tags: 1974 год, Апатиты
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments